Новые технологии борьбы за общественное мнение коснулись ранее нетронутой области - трудовых отношений. Предметом информационных сражений нынче стал будущий трудовой кодекс.

Казалось бы, как найти аргументацию к законодательному закреплению всевластия работодателя над работником? и вот в электронных и печатных сми разыгрывается пьеса в нескольких действиях, думаю, что и читателям будет небезынтересно разобраться с ходом мыслей ее авторов. В действии первом, "глобальном", утверждается, что действующий кзот устарел, не соответствует реалиям рыночной экономики, противоречит конституции и гражданскому кодексу. Ничего не скажешь, аргумент серьезный, особенно в части противоречий основному закону.

Но когда авторы начинают развивать эту мысль, то выясняется, что речь идет о праве собственника распоряжаться своим имуществом, на которое якобы посягают законодательные нормы, о согласовании с работниками и профсоюзами условий труда на предприятии. Защитники правительственного варианта часто повторяют, что "в рыночных реалиях работодатель должен свободно распоряжаться своими трудовыми ресурсами".

Вот так однажды проснешься утром, включишь радио и услышишь, что рабочая сила теперь "собственность хозяина предприятия" и он ею будет "свободно распоряжаться", а в газетах появятся объявления: "срочно требуются охотники за беглыми рабами".

Неужели не понятно, если работодатель, ни с кем не согласуя, меняет, к примеру, режим труда, то не имуществом он своим распоряжается, а произвольно меняет условия трудового договора с работником.

Предвижу возражения поборников свободы предпринимательства:

дескать, никто не запрещает работнику уволиться, если что-то его не устраивает. Отвечу так: с правовой точки зрения действительно ничто не мешает, а с экономической - есть нюанс, называемый безработицей. Безработица является неотъемлемой частью рыночных отношений. Благодаря ей работодатель всегда знает, что на место любого уволившегося найдется с избытком желающих занять освободившееся место.

Следовательно, работодатель ведет себя на рынке труда подобно монополисту. Поэтому и будущий трудовой кодекс должен играть ту же роль в защите прав работника, что и антимонопольное законодательство в защите прав потребителя. Игнорируя такой подход, защитники правительственного проекта кодекса не замечают, что противоречат сами себе, переходя на антирыночные позиции. Помимо вышеперечисленных аргументов применяются и более приземленные.

Поэтому рассмотрим действие второе под условным названием "это все придумал черчилль в осемьнадцатом году!". Сторонники правительственного варианта часто утверждают, что перечень оснований увольнений в нем незначительно расширяется в сравнении с действующим кзотом. Однако замена такого основания увольнения, как "систематическое неисполнение трудовых обязанностей", на "повторное", является не игрой слов, а императивно звучащим для работодателя руководством к действию. Добавим к этому увольнение за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей не только руководителя и его заместителей, как это предусмотрено в кзоте, но и любого работника, в том числе беременных женщин и матерей, имеющих малолетних детей.

Как возможный повод для увольнения вводятся ставшие повседневностью конфликты при переделе собственности на предприятиях - "отказ работника от продолжения работы в организации в связи со сменой собственника ее имущества".

Если авторы этого положения имели в виду расторжение трудового договора по инициативе работника, то тогда это положение явно находится не в той статье. Однако подразумевается совсем иное: в случае появления противоположных распоряжений со стороны разных участников передела собственности победитель сможет уволить всех работников, выполнявших распоряжение стороны, проигравшей передел.

Но самым симптоматичным является то, что правительственный вариант тк предусматривает перечень поводов для увольнений открытым, делая отсылку к иным федеральным законам. То есть помимо кодекса будет еще целый ряд законов более низкого ранга, которые гораздо легче провести через думу и таким образом до бесконечности расширять перечень оснований для расторжения трудового договора по инициативе работодателя.

Назвав этот пример симптоматичным для всего правительственного варианта, я имел в виду, что по многим позициям его авторы указывают среди других какую-нибудь одну норму, которая обесценивает все остальные.

Так, статья 139 регулирует оплату сверхурочных работ и при этом выводит за рамки понятия "сверхурочной" работу, "выполняемую за пределами нормальной продолжительности рабочего времени по инициативе работника" (до 4 часов в сутки). Казалось бы, какая разница, как назвать эти часы работы? но в одном случае предусмотрена полуторакратная и двойная оплата, а при "работе по инициативе работника" оплата по "соглашению сторон".

И такая формула в правительственном варианте введена по целому ряду позиций, где действующий кзот четко обозначает права работника, независимо от его собственной инициативы.

Какими способами будет реализовываться инициатива работника на сверхурочные и к какому соглашению подвигнет работника угроза увольнения, можно представить, вспомнив басню про волка и ягненка.

Есть и другие примеры "отеческой заботы" авторов правительственного проекта о трудящихся: расширение применения срочных трудовых договоров, вольности в определении нормальной продолжительности рабочего дня. Думаю, и перечисленного достаточно для осознания, что названием третьего действия всей этой пьесы станет принцип "не нравится - увольняйся!".

Можно возразить: работодатели и сейчас руководствуются таким принципом, не боясь преступить закон, так давайте узаконим сложившуюся практику. Но у нас и наркотиками торгуют без особой опаски. Следуя этой логике, надо и их легализовать.

Так может, стоит задуматься над тем, что предлагает правительственный проект трудового кодекса, чтобы завтра не проснуться в... Древнем риме, где непременно скажут:

"работать пора, а не колебаться".

Василий деркач, заместитель председателя федерации профсоюзов края.